В Рязанской области на 10 суток арестовали Елену Моргунову - супругу акциониста Павла Крисевича.
По сообщениям СМИ, ее вместе с матерью сняли с автобуса, доставили в отдел, где сотрудники ФСБ потребовали разблокировать телефон. Моргунова сначала отказалась. Позже она телефон всё-таки разблокировала, но протокол о неповиновении уже пошёл в суд. И ее закрыли на 10 суток административного ареста. По версии суда, неповиновением стал именно отказ разблокировать смартфон.
Публичного текста судебного постановления пока нет. Поэтому оговорка: если основанием для ареста действительно был только отказ сообщить пароль или разблокировать телефон, такой арест нельзя признать законным.
Статья 19.3 КоАП наказывает не за непослушание человеку в форме. Она предусматривает ответственность исключительно за неисполнение законного распоряжения или требования сотрудника.
То есть суд обязан установить:
кто именно предъявил требование;
что именно потребовали;
на основании какой нормы закона;
почему гражданин был обязан это выполнить;
каким образом отказ препятствовал исполнению служебных обязанностей.Без доказательства законности самого требования состава по статье 19.3 КоАП нет. Слово «требую», произнесённое уверенным голосом, новых полномочий сотруднику не создаёт.
Ни Закон «О полиции», ни Закон «О федеральной службе безопасности» не устанавливают общей обязанности гражданина сообщать пароль от личного телефона или добровольно разблокировать его по устному требованию сотрудника.
Полиция вправе проверять документы в предусмотренных законом случаях, проводить процессуальные действия, изымать предметы, осматривать их, назначать экспертизы и получать сведения в установленном порядке. Но полномочие исследовать законно изъятый телефон - это ещё не обязанность его владельца разблокировать его.
Есть ещё статьи 23 и 51 Конституции России: право на неприкосновенность частной жизни и право не свидетельствовать против себя, своего супруга и близких родственников. В случае Елены Моргуновой последнее особенно важно: интерес сотрудников, судя по обстоятельствам, был связан именно с её супругом.
Верховный суд России уже прямо указывал, что отказ обвиняемого добровольно сообщить правоохранительным органам пароли от изъятых телефонов нельзя истолковывать против него и использовать даже как косвенное подтверждение виновности. Такой отказ является способом защиты своих прав.
Важно не впадать и в другую крайность. Это не означает, что телефон вообще нельзя изъять или исследовать без согласия владельца. Законно изъятое устройство может быть осмотрено, в том числе и путем назначения экспертизы; Конституционный суд отмечал, что отдельное судебное решение для исследования уже законно изъятого устройства требуется не во всех случаях.
Но право государства исследовать вещь и обязанность гражданина сообщить пароль - это два разных юридических вопроса.
