В своей пророческой книге "Другая Россия" Вождь объявил войну русскому адату.
"Старый мир следует разрушить ниже основания, - пишет Лимонов, - разрушить так, чтобы выкорчевать все корни, все отрезки корней". Такая непримиримость вызвала беспокойство у части нацболов: не выплеснем ли мы с водой и ребёнка? Ведь русский адат, говорят они, это в общем-то русский национальный характер. Не превратится ли заявленная Лимоновым война с адатом в войну с собственно "русскостью" как таковой, чем же мы тогда будем отличаться от либералов, русофобов, космополитов и пр.?
Намеренно сужая лимоновскую мысль, я бы сказал так: русский адат - это воспроизводимые из века в век отношения между людьми, построенные на принципе "барин - крепостной". Ни буржуазная демократия, с её по крайней мере формально равноправными гражданами, ни социализм, с его идеалами товарищества, переломить ситуацию в России не смогли.
Главная беда в том, что подавляющее большинство людей в России, попадая в ситуацию, когда им навязывают роль крепостных, безропотно эту роль принимают. С ритуальными лицемерными охами и вздохами, но принимают. И ведь ничего этим современным крепостным не грозит, никакого такого уж страшного наказания, но так уже вжились в роль, так им стало по-мазохистски комфортно в этой роли - как в старых вонючих лохмотьях.
С обывателем всё понятно, но и у некоторых нацболов тоже порой обнаруживается каша в головах: феодально-крепостнические отношения между людьми они считают признаком особой русской души, со знаком плюс. А гражданское общество и прочие буржуйские дела - это всё, мол, чуждое нам, холодное, западное. На самом деле гражданин - это куда более высокая ступень человеческой эволюции, чем крепостной или раб. Гражданин это всё-таки вертикальное существо, в отличие от вечно согбенного носителя адата.
Так называемое душевное тепло, якобы исходящее от адата, - это тепло вонючего ватника. Ничего общего с отношениями братства и товарищества, которые культивируются в Партии, русский адат не имеет, по крайней мере, не должен иметь. Какой адат, какое крепостничество могут прижиться в действующем партизанском отряде?
Отвратная составляющая русского адата: алкоголизм и вообще все эти выродившиеся ритуалы общения, все эти справления дней рождений, свадеб, седьмых ноябрей, всё это жуткое оглушение себя плохим алкоголем с последующим свинством. На русских пьянках, в основном, царят не лёгкость и веселье, а какая-то забубенная тяжесть, граничащая с немотивированным насилием. Это праздники рабов, а не свободных людей. Свободный человек пьёт, когда хочет, а раб именно что дорывается до выпивки и ведёт себя соответственно.
Ещё один символ адата - диван. Продавленное многими поколениями обломовых, это четырёхногое чудовище сегодня удобно располагается перед телевизором, составляя с ним единое целое, замкнутую систему. Обломовщина - болезнь, превратившая и продолжающая превращать в горы малоподвижного мяса, в живые трупы - миллионы здоровых русских мужчин.
Я ненавижу, когда "обломовы" затевают тупые разговоры о том, что пора мочить инородцев и т.п. Человек, не способный на элементарное насилие по отношению к самому себе, неспособный запретить себе пить или по пять часов подряд валяться на диване перед телеящиком, всегда будет рабом. Всегда будет подчиняться ЧУЖОЙ воле, будь то воля "родного" ментовского государства или хищных гостей с юга.
Не нужно ничего жалеть, нацболы. Адат - враг живой нации. Чтобы построить новый дом, нужно старый снести. Жить в нём всё равно невозможно, всё прогнило… Чего его жалеть?
Владимир Линдерман
"Лимонка", №219. Апрель 2003 г.
Прямое действие. Подписывайтесь.
