Генеральный прокурор Руслан Кравченко заявил, что не получал денег от незаконных колл-центров и не имеет отношения к их легализации. Поводом для заявления стали обнародованные НАБУ и САП материалы операции «Карфаген», в том числе аудиозаписи разговоров, в которых фигурирует Кравченко.
Кравченко утверждает, что сами записи не подтверждают его причастность к получению или легализации средств. Отдельно он заявил, что опубликованная фотография сейфа с наличными не имеет отношения ни к нему, ни к Офису генпрокурора. По данным украинских СМИ, сам Офис генпрокурора также подтверждал, что сейф на распространенных фотографиях не находится в здании ОГП и не связан с его сотрудниками.
При этом в суде по делу заместителя начальника Департамента международного сотрудничества ОГП Сергея Кропивы прокурор САП рассказал о его близких неформальных отношениях с Кравченко. По версии обвинения, Кропива, которого следствие связывает с «прикрытием» сети мошеннических колл-центров, в частности, занимался организацией ремонта в доме, где проживает семья генпрокурора в Козине. Также в суде звучали утверждения о его участии в организации поездок и других бытовых вопросов Кравченко и его семьи.
6 сентября Высший антикоррупционный суд отправил Кропиву под стражу до 2 ноября с альтернативой залога в размере 120 млн гривен. Его подозревают в содействии деятельности мошеннических колл-центров и легализации имущества на сумму более 89 млн гривен.
После обысков НАБУ Кравченко также поручил провести проверки сотрудников ОГП, связанных с соответствующими направлениями, в том числе с использованием полиграфа.
«Моя должность не освобождает меня от проверки. Но и не отменяет требования доказывать обвинения фактами», — заявил Кравченко.
Невероятно, но факт…
