По ссылке эта история во всех деталях.
Отдельно хочу поблагодарить психолога Ангелину Калюту, которая часто сопровождает подростков во время следственных действий. Ангелина для меня настоящее открытие, потому что не просто профессионал, а неравнодушная и любит детей (всех).
Вообще мысли об убийстве переодически посещают многих подростков. Но большинство они пугают («А вдруг если я на кого-то очень разозлюсь, то действительно возьму нож и ударю его?»).
А есть подростки, которых мысли об убийстве начинают завлекать, как свет бабочку. И они идут на этот свет, всё больше возбуждаясь от самой идеи. И наконец решают реализовать это.
В контексте убийств этот феномен работает так. Первое. Возникает деструктивная фантазия или желание «проверить себя». Второе. Из-за слабого самоконтроля она мгновенно переходит в действие, без полноценной остановки и оценки, что это реальный человек, а не персонаж игры. Третье. Желание получить острые ощущения (дофамин) перевешивает абстрактное понимание необратимости последствий.
Что же делать?
Как ни банально это прозвучит, но повышать психологическое образование детей и родителей. Родители по мере взросления детей перестают ими интересоваться по-настоящему. Ребенок одет, накормлен, не пьет, не колется, не прогуливает, учится без «двоек» — родитель успокаивается и переключает внимание на свои проблемы. Любые, даже хорошие папа и мама, устают от родительства. Искренний интерес к личности ребенка, к его мыслям, страхам, внутренней философии требует огромных ресурсов. К 40–45 годам у родителей накапливается своя профессиональная и бытовая усталость, и на «глубокое слушание» просто не остается психической энергии.
Ошибка в том, что тихий подросток часто является самым рисковым — не исключено, что он просто не показывает свою внутреннюю бурю. А ребенок очень-очень уязвим, особенно в возрасте 12–16 лет.
Так что совет родителям один — выбрать ребенка как абсолютный приоритет в своей жизни и быть рядом по-настоящему. И тогда в случае чего вы сможете вовремя заметить странности и обратиться к специалистам, чтобы спасти, возможно, даже не одну жизнь.
