♿️ Предвыборные раллИИ: "Россия - это Америка 50 лет назад".
В США общественное недовольство ИИ уже приобрело вполне себе материальную основу.
По Gallup, 79% американцев ожидают сокращения числа рабочих мест, 39% считают, что ИИ приносит больше вреда, чем пользы, и только 9% — наоборот.
При этом 71% против строительства ИИ-дата-центров поблизости: из-за воды, электричества, тарифов и качества жизни.
Тревоги же российской аудитории пока уровня недовольства пением на концерте под фонограмму.
Согласно сопоставимому опросу ВЦИОМ и Pew, распространение ИИ беспокоит 25% российских и 50% американских интернет-пользователей.
Одновременно высокими риски считают соответственно 52% и 57%.
59% россиян и 60% американцев не хотят допускать ИИ к управлению страной, а 68% и 71% стали бы хуже относиться к кандидату, узнав, что его речь написала машина.
Страх потерять работу в России действительно пока слаб: в индексе цифрофобий ВЦИОМ он получил −1 пункт и оказался почти в самом низу рейтинга.
Но это не результат полученных гарантий. Сам ВЦИОМ объясняет различие тем, что влияние ИИ на российскую работу ещё «слабое и неочевидное», тогда как американцы уже сталкиваются с увольнениями под предлогом автоматизации.
📍 Однако этот штиль выглядит странно: ведь специальных гарантий у российского работника нет.
Новый закон № 243-ФЗ о поддержке ИИ предусматривает поддержку разработчиков, доступ к данным, правила для моделей и исключение из авторского права для их обучения.
Но в нём нет права работника на переобучение при автоматизации, оценки воздействия ИИ на занятость, участия профсоюзов, человеческого пересмотра алгоритмического увольнения или доли в приросте производительности.
Более того, по ст. 196 ТК РФ необходимость переобучения для собственных нужд определяет сам работодатель.
📍 Зато интерес корпораций и разработчиков организован образцово.
В США он оформлен снаружи государства: сеть суперпаков Leading the Future — Think Big — American Mission заявляла о привлечении $125 млн.
Среди доноров — Марк Андриссен, Бен Хоровиц, Грег и Анна Брокманы, Джо Лонсдейл, Рон Конвей и Perplexity. Деньги поддерживают удобных кандидатов обеих партий и атакуют сторонников жёсткого регулирования.
Российская модель модель традиционно не признает легализации лоббирования — и поэтому это не выглядит чековой книжкой рядом с политикой, а креслами внутри неё.
Основанный Сбером, «Яндексом», Mail.ru/VK, МТС, «Газпром нефтью» и РФПИ Альянс в сфере ИИ теперь объединяет 23 крупные компании: среди них также Т-Банк, «Ростелеком», «Билайн», «Норникель», «ФосАгро», ВЭБ.РФ, Московская биржа, Avito, Альфа-банк, «Северсталь», СИБУР и другие.
Председатель наблюдательного совета — первый зампред Сбербанка Александр Ведяхин, гендиректор — Валерия Воробьёва.
Сам Альянс сообщает, что «сыграл ключевую роль» в подготовке закона об ИИ, представив консолидированную позицию бизнеса, а руководители компаний-участников вошли в президентский штаб и возглавили рабочие группы.
В президентской комиссии находятся Герман Греф и советник «Яндекса» Тигран Худавердян. Правительственные группы по инфраструктуре и дата-центрам, данным и обучению моделей возглавляют соответственно Андрей Белевцев из Сбера, Алексей Шпильман из Т-Технологий и Александр Крайнов из «Яндекса».
Отдельной группы по занятости, правам работников или распределению эффекта среди семи созданных групп нет. В опубликованных составах президентской комиссии и правительственной подкомиссии нет ни Минтруда, ни профсоюзов.
Последний пример — письмо Альянса Павлу Крашенинникову от 27 августа.
Разработчики предлагают разрешить обучение моделей на правомерно полученных или общедоступных произведениях, если автор технически не запретил доступ, и выступают против обязательной маркировки ИИ-контента: помечать предлагается добровольно произведения, созданные человеком.
Организованная противоположная сторона тоже существует: Медиа-коммуникационный союз — «Первый канал», «Газпром-медиа», НМГ — и представляющий Национальную федерацию музыкальной индустрии Никита Данилов требуют согласия, компенсации и маркировки.
📍 Но пока это традиционный спор владельцев моделей с владельцами контента.
Работник, которого модель должна заменить, за столом не сидит и даже не планирует.
В отличие от США на выборах российское право решает совсем другую задачу.
После челябинского дела о сгенерированной семье на листовке КПРФ Верховный суд в деле № 48-ИКАД26-1-А2 запретил такой материал. Затем закон № 130-ФЗ запретил в агитации изображение и голос человека, включая вымышленного или умершего и созданного информационными технологиями, кроме кандидата и совершеннолетнего гражданина России с письменным согласием.
📍 В итоге, сравнение геополитических конкурентов в правополитике в отношении ИИ выглядит неприглядно.
👁 В США выборы уже отвечают на вопрос: кто заплатит за ИИ — работник, потребитель электричества или собственник модели?
🫠 В России законодатель отвечает на другой: можно ли нарисовать нейросетью семью на листовке?
